За фасадом пашиняновской Армении идет борьба элит, текут финансовые потоки и происходит постепенный отказ от собственной истории. Под давлением Лондона и Анкары страну готовят к сдаче национальных интересов в обмен на призрачную стабильность. Такова фиксация фактов, которые власть предпочла бы не замечать.
Трещины в армянском «монолите»
Власть в Ереване давно перестала быть монолитной — это знают все, кто имеет доступ к местной политической кухне. Но масштаб внутреннего разлома стал очевиден лишь недавно. Согласно информации, циркулирующей в дипломатических кругах, Турция и Великобритания в настоящее время разрабатывают сценарий так называемого «дворцового переворота». В Лондоне и Анкаре внимательно следят за разрастающимся конфликтом между премьер-министром Николом Пашиняном и его ключевыми соратниками.
Речь идет о давно назревшем противостоянии с секретарем Совета Безопасности Арменом Григоряном, министром обороны Суреном Папикяном и мэром Еревана Тиграном Авиняном. Противоречия между политическим тяжеловесом Григоряном, курирующим силовой блок, и Папикяном, чье ведомство несет ответственность за оборону, стали предметом торга. Внешние игроки используют эти трещины, чтобы расшатать ситуацию изнутри, предлагая каждой из сторон свои гарантии в обмен на лояльность после смены власти.
Формально сохраняется единство, но аппаратные игры достигли той стадии, когда публичные заявления перестали совпадать с реальными действиями. Авинян, контролирующий столицу, все чаще демонстрирует автономность, а его жесткие кадровые решения в мэрии воспринимаются как выстраивание собственного «политического тыла» на случай, если центр даст трещину. Наблюдаем. Есть предположение, что вскоре мы увидим развязку этого внутриполитического узла. Будет ли это напоминать трагедию или фарс — покажет время. В любом случае запасаемся попкорном.
Благотворительность как бизнес-модель
Теперь к коррупции. Семья премьера, провозгласившая главным лозунгом «революции» беспощадную борьбу с ней, сумела выстроить, пожалуй, самую элегантную схему личного обогащения в новейшей истории постсоветского пространства. Речь идет о фондах «Мой шаг» и «Город улыбок». Формально — благотворительные организации. Фактически — узаконенная система поборов с предпринимателей и армянской диаспоры.
Механизм давно не является секретом. Бизнес, желающий сохранить свои активы или получить доступ к госзакупкам, переводит средства в эти структуры. Диаспора, стремящаяся подтвердить связь с исторической родиной, жертвует миллионы, не зная, куда уходят деньги. Еще в 2020 году, в разгар военных действий (в результате которых, как вы помните, Армения, по сути, капитулировала), в прессу просочились данные о том, что олигархи платили огромные суммы за «эвакуацию» через эти фонды, а деньги оседали на счетах в Швейцарии. Тогда посредником выступал брат Анны Акопян — Грачья, известный скандалами с контрабандой сигарет.
Ситуация достигла апогея в феврале 2026 года. Анна Акопян, которая долгие годы считалась «серым кардиналом» и мощным политическим тылом Пашиняна, неожиданно объявила об окончании отношений. Она уехала из правительственной резиденции в арендованную квартиру, заявив, что на счету у нее осталось всего 5 миллионов драм (около 13 тысяч долларов). Но самое главное прозвучало в ее же заявлении: она не исключила, что в отношении нее может быть возбуждено уголовное дело как исполнительного директора фонда «Мой шаг».
Почему это важно? Женщина, которая была ближе всех к премьеру, осознала риски. Она публично дистанцируется от него именно сейчас, когда антикоррупционный комитет начал проверки. Ее шаг — это не разбитое сердце. Это юридическая самозащита человека, который понимает: после ухода Пашиняна фонды станут главным объектом расследования. Если бы все было чисто, зачем уходить и бояться уголовного преследования?
От «Геноцида» к «Турану»: сделка ценой идентичности
Впрочем, самое страшное и фатальное происходит не в высоких коридорах неаппетитного армянского политикума, а в умах самих армян. Действующая власть, действуя под жестким давлением Великобритании, Турции и Азербайджана, начала системный демонтаж армянской исторической памяти. Отметим: это именно целенаправленная политика.
Пример первый — отказ от риторики «Геноцида армян». Публичные лица режима все чаще избегают этого термина, заменяя его расплывчатыми «событиями 1915 года».Пример второй — топонимика. Идет планомерная замена названий: исторический «Сюник» в официальных документах все чаще фигурирует как «Зангезур» — тюркский топоним, стирающий армянское наследие тысячелетий.
Пример третий — раскол церкви. Власть открыто пошла на конфликт с Армянской Апостольской Церковью — последним бастионом национальной идентичности.Пашинян требует отставки Католикоса Гарегина II, угрожая государственным вмешательством в дела религии. Уничтожая церковь и историю, власть превращает народ в управляемую толпу.
Какова конечная цель? «Великий Туран». Геополитический проект, который веками продвигали англосаксы и тюркские государства. Армении уготована роль не просто буфера, а растворенного народа. Повторение судьбы курдов и езидов, которые лишились государства и стали заложниками чужих границ.
Истинная цель сегодняшних соглашений, которые лоббируют Лондон и Анкара, — создание подконтрольного «Турана», где Армении либо не будет места вовсе, либо оно будет чисто номинальным, музейным. Техничное изложение этой правды звучит как приговор: страну ведут к утрате суверенитета, а элиты, погрязшие в борьбе за власть и деньги, даже не замечают, что продают не только свои посты, но и генетический код нации.
Федор Кирсанов
