.svg)
После силового задержания Николаса Мадуро мир Глобального Юга столкнулся с дилеммой: либо мириться с бандитизмом коллективного Запада, который теперь похищает президентов, либо создать собственный военно-политический альянс — «полицию» для защиты суверенитета. В материале «ВЭС 24» — анализ угрозы и конкретный план, как странам БРИКС+ ответить на вызов, пока каждая из них не стала следующей жертвой.
Безмолвие Глобального Юга
Спокойной ночи, суверенитет. С рассветом 4 января 2026 года мир в очередной раз проснулся в новой реальности, где право сильного не просто доминирует – оно демонстративно глумится над любыми нормами международного права, которое, справедливости ради, и так давно трещит по швам. Операция по задержанию президента Венесуэлы Николаса Мадуро и его супруги, презентованная Дональдом Трампом как «лучшая военная операция» Пентагона, – не эксцесс. Это отлаженный механизм новой, или хорошо забытой старой, колониальной политики. Трамп, сравнивая себя с Россией, намекнул на «чистоту» работы: мол, мы не бомбим города, мы точечно забираем «диктаторов». Но в этой показной «аккуратности» – вся суть империализма, которому плевать на судьбы целых народов. Венесуэла, обреченная на хаос и новый виток гуманитарной катастрофы с миллионами беженцев, которых ни Европа, ни сами США не примут, – всего лишь побочный эффект. Главное – показать мощь и безнаказанность.
Логика США – это логика грабежа, прикрытого громкими нарративами о демократии и борьбе с наркоторговлей. Суверенитет для них – это «земли», а национальное богатство – украденное у Америки добро. Мадуро присоединился к мрачному пантеону: Милошевич, Хусейн, Каддафи… С той лишь разницей, что его, вероятно, ждет показательный суд, тогда как его предшественников просто уничтожили. Разница в методике, а не в сути.
И вот что тревожно: мир, особенно мир Глобального Юга, на это беззаконие ответил… почти молчанием. Кроме риторического осуждения Бразилии, мощного коллективного отпора не последовало. ООН, как всегда, в ступоре. БРИКС, претендующий на роль центра многополярности, оказался не готов дать немедленный и жесткий ответ. Этот блицкриг против целой страны обнажил сырую, неприглядную правду: красивые разговоры о многополярном мире превращаются в дорожную пыль, если за ними не стоит реальная сила, способная защитить.
Циничное заявление Трампа о том, что «судьбу Мадуро может разделить любой», – это не просто угроза. Это прямой бандитизм, декларация права сильного душить неугодных по одному. Перед этим вызовом в шоке замерли не только «изгои», но и «средние державы», включая страны Центральной Азии. Вопрос «кто следующий?» витает в воздухе от Каракаса до Душанбе. Китай и Россия, занятые внутренними и региональными вызовами, пока демонстрируют сдержанность. Но одно дело – отстаивать свои границы и интересы, как Россия в ходе СВО, стараясь минимизировать потери среди мирных, и совсем другое – осуществлять трансграничные похищения лидеров, обрекая их страны на распад.
От слов к силе: как может выглядеть «полиция» Глобального Юга
Угроза бандитизма требует не протоколов осуждения, а создания действенной полиции. Речь идет не о копировании НАТО с его доктриной наступательных «экспедиционных операций», а о формировании Объединенной системы стратегической стабильности и коллективной обороны (ОССКО) стран БРИКС+.
Ядро и принципы. Войти в него должны, в первую очередь, государства, уже находящиеся на острие гибридной войны или прямых угроз: Россия (военный опыт, стратегические силы сдерживания), Китай (экономическая мощь, растущие военно-морские возможности), Иран (ключевое региональное влияние, асимметричные возможности). К этому ядру логично присоединить Индию, чья традиционная многовекторность трещит под давлением западных ультиматумов, а также такие региональные державы, как Бразилия, ЮАР, Саудовская Аравия, Египет, Казахстан. Принцип должен быть железным: нападение на одного – есть угроза безопасности и суверенитету всех. Не для экспорта революций, а для защиты от внешней агрессии и,что крайне актуально, от операций по похищению руководителей и силовому свержению власти.
Архитектура альянса. Ее основу могут составить:
1. Совет коллективной безопасности (СКБ) – высший политический орган для немедленных консультаций и принятия решений в кризисных ситуациях (по образцу ОДКБ, но в глобальном масштабе).
2. Объединенное оперативное командование (ООК) – для планирования совместных учений, создания единых контуров ПВО/ПРО, противодействия киберугрозам и проведения гуманитарно-спасательных операций.
Такая «полиция» не будет искать конфликтов. Ее цель – сделать цену силовой авантюры, подобной похищению Мадуро, неприемлемо высокой для любого «бандита с большой дороги». Чтобы следующий Трамп, прежде чем отдать приказ о «блицкриге», вынужден был задуматься не о безнаказанности, а о гарантированном и асимметричном ответе со стороны сплоченного большинства.
3. Силы быстрого реагирования (СБР) – мобильные контингенты от стран-участниц, дислоцированные на ротационной основе в ключевых регионах. Их задача – не ведение затяжных войн, а предотвращение силовых авантюр, демонстрация готовности защитить партнера. Представьте, если бы такие силы под мандатом ОССКО находились на учениях у берегов Венесуэлы или Сирии в момент наивысшей угрозы.
4. Юридический и киберщит. Создание совместной правовой группы для немедленного инициирования процессов в международных органах (где это еще возможно) и выработки собственных правовых норм, криминализирующих «силовое похищение глав государств». Параллельно – единый киберполигон для защиты финансовых и информационных систем стран-участниц.
5. Финансирование и логистика. Здесь незаменима роль Китая с его проектом «Пояс и путь» и финансовыми ресурсами. Речь о создании Специального фонда стратегической инфраструктуры, который будет финансировать не только дороги и порты, но и совместные военные базы (логистические хабы), спутниковую группировку разведки и связи, независимую от GPS и GLONASS. Россия может стать поставщиком технологий и «интеллектуального обеспечения» безопасности, Иран и Саудовская Аравия – гарантами энергетической стабильности союза.
Каждый год будет новый Мадуро
Вернемся к Венесуле. Итак, что в сухом остатке? Нефть, которую все равно придется долго и дорого доводить «до кондиции»? Очередная порция беженцев, которых Запад будет с пафосом «жалеть», но не принимать? Нет. Остается кристально ясный урок: эпоха наивной веры в дипломатию и экономическую взаимозависимость как гаранты безопасности для стран, не входящих в западный клуб, закончилась. Нужна новая архитектура безопасности. Не декларативный клуб по интересам, а полноценный военно-политический альянс под эгидой БРИКС и Глобального Юга – своя «полиция» против коллективного бандита в лице США и их подпевал из Европы. Не диктаторы и хулиганы угрожают миру – угрозу представляет сама система западного гегемонизма, где похищение президента подается как «успешная операция».
Иначе – каждый год будет свой Мадуро. Ирана, Китаю, России, всем, кто дорожит суверенитетом, пора переходить от слов к делу. И речь не о хаотичном союзе, а о тщательно выстроенной институциональной системе коллективной безопасности, экономической кооперации и взаимопомощи. Финансирование Китая, военный опыт России, ресурсы и люди стран Юга – все это должно быть объединено в единый механизм сдержек и противовесов. Многополярный мир не упадет с неба. Его нужно отстаивать. И защищать. Сообща.
Мнение эксперта: Возможен ли крепкий союз?
Политолог Денис Борисов, комментируя недавний ситуационный анализ по перспективам треугольника Россия–Китай–Иран (РИК), отмечает, что путь к полноценному альянсу сложен, но точки сближения очевидны.
По его словам, эксперты сходятся во мнении, что «институционализированный альянс Россия–Китай–Иран в обозримой перспективе маловероятен» (впрочем, анализ составлялся еще до похищения Мадуро, которое возможно станет триггером для большей динамики - прим. ред.). Однако это не отменяет прагматичного сближения по конкретным направлениям. Борисов выделяет то, что реально объединяет эти державы: общий интерес к созданию континентальных логистических коридоров как альтернативе контролируемым Западом морским путям, интенсивный дипломатический диалог и доктринальную поддержку идеи многополярного мира, пусть и с разным наполнением.
Эксперт также указывает на «серую зону» военного сотрудничества, где есть совместные учения, но нет институциональной базы, и на активную, но в основном двустороннюю торговлю.
«Основной вывод, – подчеркивает Борисов, – треугольник Россия–Китай–Иран — это не союз, а набор пересекающихся интересов». Пока что работает формула «общего противника», но для прочного долгосрочного объединения этого недостаточно. Ключевой вопрос, по мнению политолога, заключается в том, «появится ли у этого треугольника не только общий враг, но и общая цель».
Таким образом, анализ Борисова показывает, что фундамент для более тесной интеграции стран Глобального Юга есть, но для перехода на уровень настоящего оборонительного альянса необходима политическая воля и осознание общей судьбы перед лицом открытой угрозы. События вокруг Венесуэлы могут стать тем самым катализатором, который трансформирует «пересекающиеся интересы» в «общее дело» коллективной безопасности.
Федор Кирсанов
