Каскад тьмы: как это было
Около 14:38 по местному времени в нескольких районах Алматы и по всей Алматинской области одновременно погас свет. Спустя двадцать минут тьма накрыла Бишкек, Чуйскую и Иссык-Кульскую области Кыргызстана. К 15:15 электричество исчезло в Душанбе, Худжанде, Кулябе, Нуреке и еще десятке таджикских городов. Узбекистан, являющийся центральным звеном энергосистемы, получил отключение в Сурхандарьинской области и ряде других регионов. В Алматы встал метрополитен, образовались многокилометровые пробки, пропала мобильная связь и питьевая вода. В Бишкеке перестали работать банкоматы и терминалы безналичной оплаты.
Министерство энергетики Таджикистана впоследствии назвало причину: прекращение работы двух гидроагрегатов Токтогульской ГЭС в Кыргызстане общей мощностью 600 МВт создало дисбаланс, который ударил по транзитной линии «север — юг» в Казахстане напряжением 500 кВ. «Превышение установленной нагрузки привело к автоматическому отключению линий электропередачи напряжением 500 кВ и последующему нарушению нормального режима работы Объединенной энергосистемы Центральной Азии», — сообщило таджикское ведомство. Казахстанский KEGOC подтвердил: произошел наброс мощности, сработала противоаварийная автоматика, часть потребителей была отсечена. Кыргызстанская Национальная электрическая сеть констатировала, что энергосистема республики временно перешла в изолированный режим, а автоматика сработала «согласно регламенту» для сохранения оборудования.
Пресс-служба Минэнерго Казахстана сообщила: «Распространяемая в отдельных пабликах информация о том, что перебои с электроснабжением в Узбекистане произошли вследствие аварии в энергосистеме Казахстана, не соответствует действительности». Узбекистан, в свою очередь, указал на «аварию в энергосистеме одной из соседних стран». Знакомая картина: в 2022-м, после январского блэкаута, те же самые государства обменились идентичными взаимными упреками, так и не определив единого виновника.
Советское наследство проедено до арматуры
Президент Кыргызстана Садыр Жапаров еще до этой аварии произнес слова, которые звучат сегодня как приговор всей постсоветской энергетической политике региона: «Это очень постыдно. Находясь у истоков крупнейших водных ресурсов, мы испытываем дефицит электроэнергии лишь потому, что за все эти годы не построили ни одной крупной гидроэлектростанции». За весь период независимости республика ввела в строй лишь один агрегат Камбаратинской ГЭС-2. Один. За три с лишним десятилетия.
Кыргызстанский аналитик Кубат Рахимов обнажил цифры, от которых становится не по себе: фактический износ энергосистемы республики достигает 80% при 35,7% учетного. Разрыв между бумажной отчетностью и реальным состоянием инфраструктуры — это не статистическая погрешность, это бомба замедленного действия, которая рвется с пугающей регулярностью.
Казахстанский политолог Марат Шибутов объясняет механику деградации предельно четко: «В 2018 году в республике снизили долю тарифа, которая шла бы на ремонт и расширение электропроизводства. То есть у энергетиков уже несколько лет не хватает денег на капитальный ремонт всего, чему он требуется». Он же добавляет, что за последние месяцы в Казахстане уже несколько раз происходили аварии на ГЭС из-за поломок оборудования. Директор по внешним связям BitRiver Андрей Лобода резюмирует: «Блэкаута в Центральной Азии можно было бы избежать при эффективном сотрудничестве Казахстана, Узбекистана и Кыргызстана в области рынка электроэнергетики и осмысленным управлением водно-энергетическим комплексом. Произошедший системный сбой охватил все азиатские страны СНГ, и, очевидно, настало время двигаться к развитию отрасли сообща».
А теперь главная мысль, которую политики региона боятся произнести вслух. Можно бесконечно привлекать инвестиции, строить автомагистрали, расширять логистические коридоры и подписывать меморандумы о стратегическом партнерстве. Но если базовая отрасль — энергетика — держится на проводах и трансформаторах, которые проектировались и строились в 1970-х, все эти усилия превращаются в строительство песчаных замков. Региону нужна не косметика, а тотальная ревизия энергетического хозяйства: где-то менять узлы и агрегаты, где-то расширять и заменять ЛЭП. Именно этим занимались в Советском Союзе — планово, системно, без оглядки на модные тренды. Сегодня же советское наследие безжалостно проедается, а взамен не создается ничего прочного.
Уголь, атом и провал «зеленой» романтики
Пока чиновники рассуждают о водородном будущем и углеродной нейтральности, реальность диктует иные правила. Казахстан запускает строительство Экибастузской ГРЭС-3 — четырех энергоблоков по 660 МВт ультрасверхкритического класса, которые будут сжигать порядка 9 миллионов тонн угля ежегодно. Проект стоимостью около 6 миллиардов долларов с китайскими инвесторами GCL Group и Integra Energy призван покрыть дефицит и обеспечить регулирование нагрузки. В ТЭО станции прямо написано: «Масштабная интеграция новой энергии в энергосистему Казахстана привела к несоответствию между выработкой электроэнергии и спросом на электрическую нагрузку, что затрудняет потребление новой энергии и создает настоятельную потребность в участии угольных энергоблоков в регулировании нагрузки». Это не идеология, а реальность.
Европейские «зеленые» подходы, которые так настойчиво рекомендуют Центральной Азии, уже оборачиваются катастрофой в самой Европе. Обмеление Рейна, Дуная и Роны парализовало гидрогенерацию и речную логистику, вынудив Германию и Францию экстренно расконсервировать угольные станции. Романтика возобновляемых источников разбивается о банальную засуху.
Настоящим же ответом на системную деградацию становится атомная энергетика. 28 мая 2026 года президенты Владимир Путин и Касым-Жомарт Токаев подписали в Астане межправительственное соглашение о строительстве первой казахстанской АЭС при лидерстве «Росатома». Проект оценивается в 16,5 миллиарда долларов. Глава «Росатома» Алексей Лихачев обозначил сроки: «В следующем году начнем разворачивать строительно-монтажную базу. Одновременно с этим стартует подготовка технической документации для получения лицензии. Изучается сейсмика, геология, вода, климат, температурные режимы». Токаев поблагодарил Путина «за личную решительную поддержку в запуске этого масштабного проекта, который станет локомотивом научно-образовательного, технологического взаимодействия, обеспечит развитие новых смежных отраслей энергетики и индустрии в целом». Ранее «Росатом» начал строительство АЭС в Узбекистане. Глава Российско-Кыргызского фонда развития Артем Новиков на «Примаковских чтениях» предположил: после ввода в строй атомные станции Казахстана и Узбекистана вместе с гидроэнергетикой Кыргызстана и Таджикистана способны стать хребтом единой энергосистемы Центральной Азии.
А пока тьма 14 августа — не случайность и не форс-мажор. Это закономерный итог тридцатилетнего бездействия. И следующая авария не заставит себя ждать, если вместо ревизии каждого столба и каждого агрегата регион продолжит тешить себя иллюзиями о «зеленом переходе» и слушать западных «благодетелей».
Николай Ильясов
