Декабрь — месяц, когда эксперты и политики подводят итоги уходящего года и намечают планы на будущее. «ВЭС 24» по традиции, как и несколько лет назад, открывает рубрику «Политические итоги уходящего года».
Итоги председательства в ОДКБ и ОТГ, а также деятельности Кыргызской Республики на международной арене в 2025 году обсудили участники круглого стола «Внешнеполитические итоги года Кыргызстана: от коллективной безопасности до тюркской интеграции», организованного ЦЭИ «Ой Ордо». Часть 1
О «Газпроме» и выступлении Жапарова в ООН
Директор Центра «Ой Ордо», политолог Игорь Шестаков отметил, что внешнеполитическая повестка Кыргызстана в уходящем году была достаточно насыщенной:
— Наша страна, помимо активного участия во встречах центральноазиатских пятерок, председательствовала в Организации тюркских государств и ОДКБ, приняв эстафету председательства ШОС в следующем году. Активными были и двухсторонние контакты президента Садыра Жапарова. Визит Владимира Путина в 2025 году подытожил динамичный этап кыргызско-российских отношений в плане все большего присутствия российских компаний в ключевых секторах национальной экономики. Прежде всего речь идет о таких флагманах, как «Газпром» и «Росатом», которые готовы решать энергетические проблемы нашей республики, что подкреплено соответствующими договоренностями.
Российская сторона готова наращивать инвестиции, в том числе по линии Кыргызско-Российского фонда развития. За последние 10 лет по линии Фонда было профинансировано примерно 3,5 тысячи проектов на сумму около 900 млн долларов, причем эти средства в основном были выделены экспортно-ориентированным предприятиям. Важным фактором является и то, что антироссийские санкции, которые Запад продолжает не просто вводить, но и угрожать ими странам Центральной Азии, абсолютно не влияют на показатели товарооборота с Россией. Более того, одним из самых резонансных стало выступление Садыра Жапарова на юбилейной сессии ООН, которое касалось двойных западных стандартов при экспорте российского сырья, которое продолжает поступать в ЕС, в то время как ряд кыргызстанских банков попал в санкционные списки без каких-либо доказательств.
Достаточно медийным, по его словам, стало председательство Кыргызстана в ОТГ, прежде всего за счет расширения идеологической повестки из Анкары, поскольку экономическая повестка тюркского союза пока явно уступает его экономической платформе.
— Уставной капитал инвестиционного Фонда ОТГ составляет 500 миллионов долларов, что вряд ли можно рассматривать как серьезный инвестиционный потенциал для стран Организации, — заметил И. Шестаков.
«Одних деклараций о тюркском единении и братстве явно недостаточно»
— Подписанный недавно президентом Эрдоганом указ о трудоустройстве для граждан тюркских народов уже вызвал бурную реакцию, прежде всего в турецком обществе. Турецкие эксперты отмечают, что в любом случае гражданам стран ОТГ для жизни в Турции потребуется выполнять немало условий. Кстати, в настоящее время около 40 тысяч кыргызстанцев работает в Турции, а в странах ЕАЭС эта цифра превышает 700 тысяч. Поэтому одних деклараций о тюркском единении и братстве явно недостаточно; нужно иметь соответствующую социально-экономическую базу. Также товарооборот в рамках ОТГ в первую очередь ориентирован на сбыт турецкой продукции, о чем свидетельствуют соответствующие показатели. Так, в 2025 году импорт турецких товаров в Кыргызстан вырос почти на 5%.
Военное сотрудничество, о котором много говорят в рамках ОТГ, также тесно связано с экспортными поставками турецких вооружений. Прежде всего речь идет о беспилотниках, причем в отличие от ОДКБ, которая осуществляет безвозмездную помощь, здесь речь идет о коммерческой основе тюркского взаимодействия. Это еще раз подтверждает актуальность вопроса создания политического союза, прежде всего в рамках Центральной Азии, — рассказал эксперт.
Кто стоит за ОТГ?
Эту мысль поддержала заместитель директора ЦЭИ «Ой Ордо» Наталья Крек, отметив, что за последние десять лет, особенно с 2022 года, интерес к Центральной Азии со стороны внешних геополитических игроков заметно вырос.
— К сожалению, говорить о полной субъектности региона пока рано.
В определенной степени страны все еще остаются объектом международных политических процессов. Сегодня государства Центральной Азии входят в различные объединения — СНГ, ОДКБ, ЕАЭС, ОТГ и ШОС. Однако полноценной региональной интеграции у нас нет. Эксперты отмечают вклад формата С5+1 во внутрирегиональное сотрудничество, но эта оценка справедлива лишь частично. Если Россия и Китай рассматривают центральноазиатские республики как равноправных партнеров и стремятся развивать реальное торгово-экономическое сотрудничество, продвигать инфраструктурные и транспортно-логистические проекты и укреплять сферу безопасности, то подход США и ЕС заключается в взаимодействии со странами региона с позиции собственного превосходства. Вашингтон и Брюссель продолжают диктовать условия и создавать искусственную конкуренцию между центральноазиатскими государствами, прежде всего в инвестиционной сфере, — поделилась мнением спикер.
Также Наталья Крек отметила, что в этой связи создание центральноазиатского союза могло бы стать важным и логичным шагом:
— Это позволило бы уверенно выступать на мировой арене и укрепить доверие, необходимое для построения прочной системы безопасности на Евразийском континенте. К сожалению, сегодня у нас есть определенные проблемы с этим. В том числе и в Центральной Азии. Три из пяти республик региона — Кыргызстан, Казахстан и Таджикистан — являются членами ОДКБ. Две из них — наша страна и РК, — а также Узбекистан входят в Организацию тюркских государств, в то время как Туркменистан является ее наблюдателем. В ОТГ также входят Турция — член НАТО — и Азербайджан, который заявил о переходе на военные стандарты североатлантического альянса.
Эксперт акцентировала внимание на действиях Азербайджана:
— Пока в рамках ОТГ не сформирована военная составляющая, однако на недавней встрече в Габале Азербайджан уже выступил с инициативой, что стало неожиданностью для центральноазиатских участников организации, в том числе и для Кыргызстана. То есть азербайджанский президент пытается внедрить модель сотрудничества Анкара — Баку, предполагающую создание военного союза для всей ОТГ.
Можно предположить, что это делается намеренно с целью создать кризис доверия как в рамках ОДКБ, так и ШОС, члены которого уже много лет сдерживают процесс сближения Шанхайской организации сотрудничества с Турцией, рассматривая ее как активного члена североатлантического альянса. Важно отметить, что именно тесная связь Азербайджана с Турцией стала одной из причин блокировки в этом году заявки Баку на вступление в ШОС.
— Исходя из того, что сегодня Россия, по сути, воюет с блоком НАТО, вовлечение ее союзников по ОДКБ и ШОС в сферу влияния североатлантического военно-политического блока гарантированно приведет к снижению доверия. А это лишь подтверждает тот факт, что определенные силы, а мы все знаем, что финансирование турецких инициатив в рамках ОТГ осуществляется Великобританией, пытаются использовать наш регион в своих геополитических интересах. Все декларации о безопасности — это не более чем риторика, — добавила Н. Крек.
Алтынай Кумушбаева
Бишкек
Продолжение следует.
