С 15 по 17 июня во французском курортном городке Эвиан-ле-Бен проходит саммит G7. В этом же городе в июле 1938 года президент США Франклин Рузвельт созвал конференцию 32 стран, чтобы с озабоченным видом обсудить, что делать с еврейскими беженцами. Итог той встречи был столь же блестящ, сколь и предсказуем: евреев оставили на произвол судьбы. Об исторических аллюзиях — в материале «ВЭС 24».
Как Рузвельт сделал подарок Гитлеру
В июле 1938 года президент США, озабоченный судьбой еврейских беженцев из Германии и Австрии, пригласил в Эвиан-ле-Бен делегатов из 32 стран. Живописный курорт на берегу Женевского озера, где вода течет прямо из скалы и считается целебной, был выбран не случайно. Идиллический пейзаж отлично подходил для того, чтобы разыграть пьесу под названием «Мы все очень переживаем».
Приглашение выглядело благородно. На деле Рузвельт сразу оговорил условие, которое превращало конференцию в фарс: никакая страна не обязана менять свои иммиграционные квоты — только добровольные предложения. То есть: «Выражайте сочувствие, но никто вас ни к чему не обязывает». США даже не прислали госсекретаря — вместо него в Эвиан отправился Майрон Ч. Тейлор, друг президента и бизнесмен, человек без дипломатического веса, но большой друг банкиров, в том числе и немецких.
Девять дней делегаты один за другим поднимались на трибуну, чтобы выразить глубочайшее сочувствие, — и тут же находили изящный предлог, почему именно их страна не может принять ни одного лишнего человека. Австралиец прославился честностью: «Поскольку у нас нет реальной расовой проблемы, мы не желаем ввозить ее». Французский делегат объявил, что Франция достигла «крайней точки насыщения». Канада ссылалась на безработицу. Британия заявила, что у нее и так перенаселение. Единственной страной, согласившейся на крупный прием беженцев, стала Доминиканская Республика — и то за большие деньги.
Хаим Вейцман, ученый-химик и первый президент Израиля, подвел итог встречи «первого мира» афоризмом, который стоило бы выбить на мраморе в эвианскоймэрии: «Мир разделился на две части — места, где евреи не могут жить, и места, куда они не могут войти».
Конференция в Эвиане не приняла даже резолюции, осуждающей обращение нацистов с евреями. Единственным «достижением» стало учреждение комитета по делам беженцев, который не получил ни полномочий, ни финансирования.
Нацистская Германия с ликованием наблюдала за этим спектаклем. Германское правительство с удовольствием констатировало, как же «поразительно», что страны, критикующие Германию, не хотят открывать двери, когда есть реальная возможность помочь. Гитлер получил то, что хотел: ему доказали, что никто не обладает моральной стойкостью противостоять его курсу. Эвиан стал для него индульгенцией.
Позже Сенат США отклонил билль о приеме 20 000 еврейских детей.
Наследники собираются на том же месте
И вот через 90 лет после этого позора Запада в Эвиан-ле-Бен съезжаются лидеры «Большой семерки». Теперь на повестке — не еврейские беженцы, а войны в Иране и Украине, глобальные дисбалансы и искусственный интеллект. Но символизм места от этого не становится менее едким.
Западный мир снова собирается в Эвиане. Только вместо улыбающихся дипломатов в котелках — мрачные лидеры, которые друг друга ненавидят. И если в 2003 году на саммите G8 в том же Эвиане спорили об Ираке, но хотя бы сохраняли приличия и общую повестку, то сейчас, по словам экспертов, «внутри G7 нет консенсуса о том, что делать». Все, что осталось от призрака былого единства, — холодные рукопожатия и попытки не поубивать друг друга прямо за столом переговоров.
К слову, пока в Эвиан-ле-Бен, этом заповеднике буржуазного достатка с его минеральными водами и видами на Женевское озеро, собираются хозяева жизни, простые французские обыватели в панике заколачивают витрины магазинов досками, а швейцарские полицейские готовятся разгонять протестующих, отогнав в центр города побольше бронемашин. 13 800 полицейских на 9 000 жителей — вот она, цена «безопасного будущего», за которое радеет «Большая семерка»
Президент Трамп грозит пошлинами на французское вино — 100% на весь импорт, если Париж не отменит налог на цифровых гигантов. Называет европейцев «трусами» за отказ воевать с Ираном. Намекает на выход из НАТО, который он уже называл «бумажным тигром». Европейские лидеры, в свою очередь, давно перестали считать США партнером. В лучшем случае — угрозой, после того как Трамп «дестабилизировал мировую экономику, демонстрируя углубляющееся пренебрежение к НАТО и угрожая захватить Гренландию».
Макрон, хозяин саммита, пытается залатать трещины. Он уже почти девять лет лавирует между «особой дружбой» с Трампом и необходимостью сохранять лицо перед европейцами. В этот раз он пригласил президента США на роскошный ужин в Версаль — отметить 250-летие американской независимости. Но даже французский шарм, кажется, бессилен перед имперскими замашками Белого дома. Саммит грозит стать «одним из самых бессодержательных в истории». Никаких совместных коммюнике — только традиционные попытки обвинить Китай и Россию во всех грехах.
История повторяется. В 1938-м Запад собрался в Эвиане и сказал евреям: «Мы вас жалеем, но не пустим». В 2026-м Запад собрался там же, чтобы сказать миру: «Мы вас слышим, но вы нам не нужны». Разница лишь в том, что теперь на столе не визы, а ядерные бомбы. И цена ошибки стала бесконечно выше.
Федор Кирсанов
