Великобритания тонет в массовых беспорядках, охватывающих все больше городов. Поводом стали вооруженные нападения мигрантов на местных жителей и то, что власти практически никак не реагировали на подобные инциденты. Сложившуюся ситуацию «ВЭС 24» прокомментировал эксперт-политолог из Узбекистана, кандидат философских наук Равшан Назаров.
— Если говорить о связи между миграционной политикой западных стран и недавними волнениями в Белфасте, то важно разделять непосредственный повод и более глубокие, социальные причины.
В июне 2026 года в Белфасте вспыхнули беспорядки после вооруженного нападения (с ножом), в котором обвиняется выходец из Судана, находившийся в Великобритании по линии миграционной системы. После распространения видеозаписей инцидента начались стихийные (или, возможно, организованные?) антимигрантские протесты, которые в ряде районов переросли в погромы, поджоги домов, столкновения с полицией. Политики Ольстера и Британское правительство осудили насилие и назвали часть атак расистскими.
Как это связано с общей миграционной политикой?Критики западной миграционной политики утверждают, что правительства недостаточно контролируют нелегальную миграцию и процедуры предоставления убежища;отдельные преступления, совершенные мигрантами, подрывают доверие общества к властям; население считает, что его опасения по вопросам безопасности игнорируются.
Сторонники традиционной (то есть более открытой) миграционной политики возражают: большинство мигрантов не совершает преступлений; нельзя переносить ответственность с конкретного человека на целые этнические, расовые, конфессиональные группы; беспорядки часто подпитываются дезинформацией и деятельностью праворадикальных политических групп.
В более широком контексте проблема не ограничивается одним инцидентом. В последние годы в Северной Ирландии фиксировался рост числа расистских инцидентов и напряженности вокруг миграции. Эксперты связывают это с сочетанием ряда факторов: экономическими трудностями, нехваткой жилья, демографическими изменениями, активностями радикальных групп в социальных сетях, недоверием к традиционным политическим элитам.
Похожие волнения происходили и в 2025 году в других городах Северной Ирландии (Баллимине, Каррикфергусе, Ньютаунабби) после уголовного дела, связанного с подростками-мигрантами (цыганами из Румынии). Тогда протесты также быстро приобрели массовый антимигрантский характер и сопровождались нападениями на дома иностранцев.
При этом надо отметить угрожающую тенденцию, характерную для многих стран: десятки, сотни, тысячи преступлений, совершенных «коренными» («титульными») жителями страны в отношении своих сограждан, остаются вне поля зрения широкой общественности, то есть воспринимаются «как должное». Но не дай бог если подозреваемый окажется выходцем из другой страны, а особенно если он окажется представителем иной расовой или конфессиональной группы, то это сразу становится предметом пристального внимания политических радикалов, которые как будто специально ждут таких случаев, чтобы устраивать массовые беспорядки.
Таким образом, волнения в Белфасте нельзя объяснить только традиционной миграционной политикой. Непосредственными триггерами становятся конкретные преступления, в которых подозреваются конкретные лица.
Однако масштаб реакции оказывается связан с накопившимся общественным недовольством, спорами о контроле над миграцией, вопросами безопасности, деятельностью радикальных политических сил. Поэтому события в Белфасте рассматриваются многими аналитиками как проявление более широкого европейского конфликта вокруг миграции и вопросов адаптации и интеграции приезжих групп.
Николай Ильясов
