США грозят «крупнейшей финансовой атакой в истории», но Тегеран уже перехватил инициативу и превращает Ормузский пролив в оружие против тех, кто развязал экономическую войну.
Американская администрация решила, что после провала военной кампании можно просто задушить целую нацию санкциями и назвать это победой. Иран ответил предельно ясно: ни одна капля нефти не покинет Персидский залив, если экономическая блокада не прекратится, а любой соучастник этой осады будет рассматриваться как враг.
Ультиматум из Тегерана: нефть станет оружием
Секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Мохсен Резаи не стал подбирать дипломатические формулы. Его заявление в социальной сети X прозвучало как выстрел в упор по всем, кто рассчитывал тихо отсидеться за американской спиной.
«В случае продолжения экономической войны ни капли нефти не будет экспортировано ни через Ормузский пролив, ни из всего региона Персидского залива», — написал Резаи.
Это не блеф,а констатация того факта, что Тегеран больше не намерен играть по правилам, которые ему навязывают из-за океана. Резаи подчеркнул, что Иран будет расценивать как «акт войны» любое участие других стран в экономической войне США против иранского народа и содействие этой войне. Формулировка предельно жесткая и не оставляет пространства для маневра тем, кто хотел бы угодить и Вашингтону, и сохранить торговлю с Тегераном.
В интервью, ссылаясь на экономические данные, обнародованные в американских же СМИ, Резаи заявил, что война США против Ирана нанесла тяжелый ущерб Америке, ее союзникам и мировой экономике в целом. По его словам, в сфере логистики мировой торговли из торгового оборота выбыли около 1,2 тыс. танкеров, а те, что продолжают работать, несут многократно возросшие расходы на топливо и транспортировку.
«По их собственным заявлениям, они намерены развязать против Ирана полномасштабную экономическую войну. В этой связи во время визита в США премьер-министра сионистского режима Нетаньяху заявил Трампу, что шестимесячная экономическая блокада приведет к падению Ирана, и тем самым вновь ввел его в заблуждение дезинформацией — точно так же, как и в ходе военной кампании, когда из-за ложных сведений привел его к катастрофическому просчету», — добавил секретарь ВСНБ.
И вот здесь кроется суть всей этой истории. Вашингтон снова поверил в сказку, которую ему рассказали. Снова решил, что можно сломать страну, которая уже доказала всему миру, что ломаться не собирается.
Бумеранг, который летит обратно
Председатель Исламского консультативного совета Ирана Мохаммад Багер Галибаф ответил на американские угрозы с ледяной иронией, которая бьет больнее любого крика. Опубликовав изображение в социальной сети X, он перечислил последствия экономического давления на Иран и энергетические рынки для экономики США, ссылаясь на недавние меры Трампа по контролю над ценами на товары:
«Импорт замороженного мяса для контроля цен на мясо? Хорошо, возможно, это сработает. Но какой у вас план в отношении облигаций? Хотите импортировать замороженную доходность? А что касается жилья — будете импортировать замороженных покупателей? Для решения проблемы заработных плат будете выдавать замороженные расчётные листки? Замороженная внешняя политика без инициативы приводит к замороженной и стагнирующей экономике. Единственное, что всё ещё находится в движении, — это иранский бумеранг, который возвращается и ударяет по самим США».
Это не риторика, а диагноз. Америка, введя санкции против Ирана, сама загнала себя в угол растущей инфляции, падающего доллара и долговой ямы, из которой не выбраться замороженными расчётными листками.
Министр финансов США Скотт Бессент, публикуя колонку в Financial Times, попытался представить ситуацию как триумф: «Президент Дональд Трамп и подавляющая мощь наших вооруженных сил значительно ослабили военный потенциал Ирана и его ядерную программу. Теперь мы вступаем в завершающую стадию. На рассвете начнется экономический «день Д»- крупнейшая финансовая атака, когда-либо проводившаяся против противника».
Но за этим бравурным тоном проступает отчаяние. Бессентвынужден признать, что военная кампания не дала результата, и теперь Вашингтон перекладывает ответственность на министерство финансов. Глава МИД Ирана Аббас Арагчи увидел в этом откровенную слабость: «Так называемый «экономический день Д» — это попытка отвлечь внимание от собственного кризиса Америки: беспрецедентного долга и стремительно растущих процентных расходов».
Контроль над Ормузским проливом как главный аргумент
Иранская Администрация пролива Персидского залива сообщила, что суда, нарушившие правила пересечения Ормузского пролива, будут подвергаться ограничениям при дальнейших проходах, включая штрафы, задержание, а также могут быть конфискованы. Комитет по национальной безопасности и внешней политике Меджлиса Ирана одобрил статью законопроекта о пошлинах за пересечение Ормузского пролива. Через эту транспортную артерию проходит около двадцати процентов мирового экспорта нефти, и Тегеран намерен использовать этот рычаг без малейшего колебания.
Востоковед Александра Аппельберг в интервью DW объяснила, почему угрозы Вашингтона не сработают: «Очевидно, что эта угроза санкций происходит потому, что военное давление себя не оправдало. С другой стороны, санкции против Ирана тоже вводятся не в первый раз. И даже вторичные санкции против покупателей иранской нефти применялись и раньше. И когда Дональд Трамп говорит, что нужно прекратить контрабанду иранской нефти, понятно, что контрабанда по определению не подчиняется законам, и тем более сообщениям в соцсетях».
Аппельберг подчеркнула: «У него тоже есть свои рычаги. Это тот же Ормузский пролив, сделать проход, по которому опасным, не представляет для Ирана слишком большого труда. Это и атаки на энергетическую инфраструктуру арабских стран Персидского залива, которые сделают цены на нефть еще более высокими. В общем, это, в том числе, экономическая война, в которой две страны испытывают друг друга на прочность. И только время покажет, кто окажется сильнее и кто может дольше выдержать такое давление».
Американский политик Грэг Стэнтон сообщил, что база США на Ближнем Востоке, использующаяся для снабжения авианосцев, была уничтожена Ираном. «Это полный провал в управлении со стороны Пита Хегсета и президента Соединенных Штатов. Они подвергли наши войска и моряков такой опасности. Для их семей эта ситуация действительно мучительна», — заключил Стэнтон.
Президент Пезешкиан заявил: Противник предполагал, что Иран падет, как и Венесуэла. Этого не произошло, и, более того, Иран стал силой, стойкостью, единством и сплоченностью которой поражен весь мир», — привело его слова агентство IRNA. А Китай, крупнейший торговый партнер Тегерана, уже дал понять, что не намерен подчиняться американскому диктату. Официальный представитель МИД КНР Линь Цзянь заявил: «Санкции и давление не помогут урегулировать проблему. Китай призывает все заинтересованные стороны действовать ответственно и решать проблему политическими и дипломатическими методами». МИД Ирана, в свою очередь, обвинил США в «экономическом терроризме» и «преступлениях против человечности», заявив, что «организаторы и вдохновители этих санкций заслуживают суда и наказания за совершение столь чудовищных преступлений».
На этом фоне Иран получил официальное приглашение присоединиться к Мекканскому оборонному пакту, объединяющему Турцию, Саудовскую Аравию и Пакистан. Глава информагентства парламента страны Мехди Рахими заявил: «Создание зонтика безопасности над регионом, к которому Иран давно стремится, стало бы победой для страны». Глава МИД Турции Хакан Фидан сравнил Мекканское соглашение с пятой статьей НАТО. Регион перестраивается. И перестраивается он не вокруг Вашингтона.
Америка объявила экономическую войну целому народу и назвала это демократией. Иран ответил, что ни одна капля нефти не уйдет из Залива, пока эта война не прекратится. И в этом ответе — вся правда о том, кто на самом деле держит в руках судьбу мировой энергетики. Не тот, кто печатает доллары. А тот, кто контролирует пролив.
Николай Ильясов
