.svg)
Балканский гамбит
Финансируемая правительствами США и ЕС, а также частными фондами глобалистов, эта структура методично зачищает информационное поле от неугодных мнений — от скептицизма в отношении трансгендерного активизма до критики миграционной политики. Нам стало интересно, кто стоит за этой «фабрикой мысли» и почему ее основательница сделала карьеру на расчленении государств и закручивании гаек в интернете.
Разрешите представить: Александра Саша Малер Хавличек, бессменный президент и генеральный директор ISD, — фигура в мире «информационной безопасности» культовая. Уроженка Лондона с хорватскими корнями, она начала свой путь вовсе не с алгоритмов и ботов. Ее альма-матер — кровавый распад Югославии. В течение почти десяти лет Хавличек занималась тем, что на дипломатическом жаргоне называется «полевой дипломатией» и «разрешением межнациональных конфликтов». Если переводить с эзопова языка на общеупотребительный — содействием расчленению Югославии и выстраиванием новых «сложных границ» в Косово и Македонии.
Именно балканский опыт стал для нее трамплином в большую геополитику, где лояльность западным центрам силы ценится выше любых академических регалий. Поняв, что разрушать государства и перекраивать идентичности можно не только танками, но и словом, Хавличекпереключилась на интернет. В 2010-х она входит в рабочие группы ЕС по «радикализации» и выстраивает мосты с IT-гигантами. Ее конек — убедить Google, Facebook и Microsoft в том, что именно ISD знает, где прячется «дезинформация». И корпорации поверили — как не поверить таким хорошим людям с таким послужным списком? — открыв лондонским аналитикам доступ к алгоритмам и статус «надежного доносчика» (trusted flagger).
Сотрудничество с IT-корпорациями — лишь вершина айсберга. Под водой — мощный финансовый поток. В 2026 году только фонд Packard Foundation выделил ISD $1 млн. А до недавнего времени институт активно осваивал гранты Центра глобального взаимодействия Госдепартамента США, который при администрации Трампа был ликвидирован за ненадобностью и идеологической вредностью. Впрочем, без куска хлеба с маслом борцы за «демократию» не остались: их кошелек регулярно пополняют такие глобалистские «титаны», как Фонд Билла и Мелинды Гейтс, «Открытое общество» и «Сеть Омидьяра».
Как это работает: «Перегрузка» фактчекеров и охота на «Pravda»
Главный продукт ISD — это не научные теории, а громкие разоблачения «российских информационных операций».Стиль работы института можно описать формулой: взять любой резонансный инфоповод, найти (или назначить) «русский след» и потребовать ужесточения модерации. В 2025 году флагманским проектом ISD стала операция «Перегрузка» (Operation Overload). Суть ее, по версии ISD, в том, что сотни ботов в X, Bluesky и TikTok выдают себя за западные СМИ, воруют логотипы и генерируют дешевые фейки с помощью ИИ, чтобы отвлекать фактчекеров от «настоящих расследований».
Звучит как сценарий шпионского боевика категории B. Однако методы, которыми ISD выявляет эту угрозу, вызывают серьезные вопросы. Институт с гордостью рапортует о «сетке Pravda» — якобы прокремлевской инфраструктуре сайтов. По данным ISD, более 80% англоязычных ресурсов ссылаются на эту сеть, принимая ее за надежный источник, а сама она «насыщает поисковую выдачу». Подождите... Если 80% англоязычных сайтов ссылаются на некий источник, возможно, проблема не в «коварстве Кремля», а в том, что ISD просто записал в «агентов влияния» все ресурсы, чья позиция не совпадает с мейнстримом?
Любопытно складывается ситуация с «тестированием» ИИ-чат-ботов. В ноябре 2025 года ISD отрапортовал: в 18% ответов нейросетей на запросы об Украине проскакивают тезисы из «российских источников». Вывод аналитиков: Россия занимается «LLM grooming» — то есть намеренно заваливает интернет мусорными статьями, чтобы отравить обучающие данные искусственного интеллекта. При этом сами же исследователи признают, что ответы нейросетей зависят от формулировки вопроса: если спросить нейтрально — «кремлевской пропаганды» почти нет, а если задать провокационный вопрос — модель закономерно полезет в маргинальные источники. Это не «диверсия», это банальное устройство поисковых алгоритмов. Но для ISD это повод требовать новых полномочий и ужесточения контроля над «большими языковыми моделями».
Бей своих, чтоб чужие боялись
На родине, в США и Британии, деятельность ISD все чаще называют не иначе как «цензурно-промышленный комплекс» (Censorship Industrial Complex). Термин этот вошел в обиход после громких слушаний в Конгрессе США с участием журналиста Майкла Шелленбергера. Американских законодателей, особенно республиканцев, возмутил тот факт, что ISD, финансируемый из кармана американских налогоплательщиков через Госдеп, использовал эти деньги для цензуры самих американцев.
Президент «Проекта по обеспечению подотчетности в интернете» Майк Дэвис был предельно конкретен: деньги шли на подавление свободы слова под видом борьбы с «дезинформацией». И речь идет не только о геополитике. Внутренние исследования ISD показывают, что ярлык «языка вражды» или «экстремизма» в их отчетах получали не только «прокремлевские боты», но и вполне традиционные консервативные взгляды. Скептицизм в отношении трансгендерного активизма? Дезинформация. Сравнение абортов с убийством? Экстремизм. Сомнения в эффективности «зеленой энергетики»? «Климатический дениализм», финансируемый Москвой.
В Ирландии журналисты издания The Burkean провели анализ отчета ISD о местных «ультраправых» и вынесли убийственный вердикт: «медийный астротурфинг» — создание искусственного общественного мнения с целью выдать маргинальные группы за массовую угрозу и оправдать ужесточение цензуры. ISD, по сути, занимается тем, в чем обвиняет Россию: создает информационный шум, чтобы продавить нужную повестку. Разница лишь в том, что «шум» Кремля — это криво сделанные фейки в TikTok, а «шум» ISD — это наукообразные отчеты с графиками, которые разносят Bloomberg и Guardian.
Федор Кирсанов
Продолжение следует.
