Технологический конфуз сверхдержавы
Бригадный генерал Хосейн Мохеби, официальный представитель КСИР, не скрывал торжества. «Захват на рассвете самого современного американского подводного автономного аппарата образца 2025 означает, что никакие передовые технологии не могут преодолеть наши системы мониторинга в Ормузском проливе», — заявил он. Аппарат Dive-LD длиной почти шесть метров и массой около трёх тонн, разработанный компанией Anduril Industries для подводной разведки и обнаружения мин, оказался беспомощен перед иранскими системами наблюдения.
Генерал не ограничился констатацией факта. «Господство в Персидском заливе принадлежит молодым иранским специалистам в области технологий», — подчеркнул Мохеби. Американская военная машина вновь увязла там, где рассчитывала на лёгкую прогулку.
ВМС КСИР подтвердили: «На входе в Ормузский пролив был перехвачен один из самых современных интеллектуальных беспилотных подводных аппаратов армии США». Пентагон на момент публикации не удосужился ни подтвердить, ни опровергнуть потерю. Молчание в данном случае красноречивее любого заявления.
Эскалация без тормозов
Перехват дрона — лишь верхушка айсберга. Конфликт уже перешёл в фазу, которую экономист Егор Сусин окрестил «танкерной войной». Центральное командование ВС США признало уничтожение пяти иранских танкеров — Kaviz, Charminar, Horizon 1, Riesco и Derya. В ответ КСИР заявил об ударах по двадцати судам. «В ответ на агрессию и злодеяния террористической армии США, атаковавшей пять иранских танкеров в Персидском заливе, героические ВМС КСИР нанесли удары по двум американским судам и восьми танкерам в этом районе, нанеся им серьезный ущерб», — говорится в заявлении пресс-службы Корпуса.
Генерал-майор Абдуллахи, командующий штабом «Хатам аль-Анбия», обозначил красную линию предельно жёстко: любое нападение на иранские нефтяные танкеры приведёт к ударам по американским военным базам в регионе. И Тегеран уже перешёл от слов к делу — ракеты ушли в сторону базы Эль-Азрак в Иордании и по эсминцам с системой Aegis. CENTCOM, впрочем, отрапортовал: «Американский корабль успешно уклонился от атак и продолжил патрулирование вод региона. Личный состав ВМС США не пострадал». Независимых подтверждений обеих версий нет, но сам факт обмена ударами превращает Ормузский пролив в пороховую бочку с горящим фитилём.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи в разговоре с японским коллегой Тосимицу Мотэги возложил всю полноту ответственности за эскалацию на Вашингтон, нарушивший ранее достигнутые договорённости. Путь к деэскалации, по его словам, предельно прост — возвращение американской стороны к выполнению обязательств, зафиксированных в меморандуме Исламабада. Но кто в Белом доме сегодня читает меморандумы?
Нефтяной шторм и тупик дипломатии
Трафик через Ормузский пролив рухнул: шесть судов за сутки против привычных двенадцати. Четверть мировой нефти и пятая часть торговли СПГ проходят через эту узкую горловину. Brent уже пробила сто долларов, а аналитики Goldman Sachs предупреждают: если атаки участятся, цена улетит к ста двадцати. «События последних нескольких дней указывают на значительный риск расширения и обострения перебоев с морскими поставками», — констатировал Дан Стряувен, содиректор по анализу мировых рынков сырья инвестбанка.
По оценке Kpler, запасов на танкерах за пределами залива хватит примерно на месяц. Тегерану кровь из носу нужна высокая цена на сырьё, и парадокс в том, что именно эскалация эту цену обеспечивает. Замкнутый круг, из которого ни одна сторона не находит выхода без потери лица.
Вашингтон размахивает кулаками, но каждый новый удар лишь цементирует иранское сопротивление. Пентагон теряет дроны, танкеры горят, пролив пустеет, а союзники вроде Южной Кореи мнутся в дверях, не желая втягиваться в чужую авантюру. «Возвращайтесь в «залив свиней» — эта фраза генерала Мохеби, пожалуй, точнее любого аналитического доклада описывает, куда зашла американская стратегия в Персидском заливе. В тупик, из которого выход только один — сесть и договариваться. Но для этого нужно сначала перестать топить чужие танкеры.
Николай Ильясов
