Мы продолжаем разговор с молодым узбекистанским историком и публицистом Акбаршохом Шадиевым. В первой части интервью он рассказал о семейных корнях своего интереса к Великой Отечественной войне и о том, где проходит грань между честной историей и политической конъюнктурой. Сегодня мы поговорим о том, как говорить с молодежью, чтобы она услышала, почему патриотизм начинается не с подвига, а с уважения к соседу, и какой фразой можно пробить броню равнодушия современных подростков.
Патриотизм — это не про смерть, а про ответственность
— На ваш взгляд, что сегодня реально работает в школах, колледжах и интернете, чтобы узбекистанские подростки не забывали о войне и не подхватывали пустые мифы? Какие форматы, наоборот, вредны?
— Знаете, когда я готовился к сегодняшнему разговору, я много думал о том, что на самом деле является главной проблемой. Мне кажется, она заключается в том, что молодежи очень часто показывают патриотизм исключительно через призму подвига. Через героическую смерть. Через самопожертвование. Через некие чрезвычайные, экстремальные обстоятельства, в которых человек оказывается перед выбором: умереть героем или остаться в тени. Но ведь это неправильный перекос. Великая Отечественная война учит нас не только подвигу — это лишь вершина айсберга. Она учит нас тому, откуда этот подвиг вообще берется. Что предшествует тому моменту, когда человек поднимается из окопа и идет в атаку. Что он несет внутри себя, помимо автомата и гранат.
Ведь если посмотреть на судьбы реальных людей, а не на плакатных героев, все становится на свои места. Люди шли на фронт, жертвовали собой, терпели немыслимые лишения не потому, что мечтали совершить подвиг и попасть в учебники истории. Они защищали то, что любили. Свою семью. Свой дом. Свою улицу, по которой ходили с детства. Свой город, который строили их родители. Свою страну, свою культуру, свой язык, право говорить на нем и петь колыбельные своим детям. В основе любого настоящего подвига всегда, я подчеркиваю — всегда, лежит любовь и глубочайшее чувство личной ответственности. Без этого фундамента никакой героизм невозможен, он превращается в пустую браваду или слепое исполнение приказа.
Именно поэтому, на мой взгляд, в школах, колледжах, в популярных блогах и на YouTube-каналах нужно кардинально менять оптику. Нужно меньше говорить молодым людям о том, «как правильно умереть за Родину». От этой формулировки у современного подростка, живущего в цифровом мире, скорее всего, случится когнитивный диссонанс и внутреннее отторжение. Ему это непонятно и чуждо, потому что он еще не жил по-настоящему. Вместо этого нужно больше, гораздо больше говорить о том, «как правильно жить для Родины». Сместить акцент с финала жизненного пути на сам путь.
Патриотизм начинается не с закрытия амбразуры грудью и не с героического поступка на поле боя. Это кульминация, до которой еще надо дорасти духовно. Настоящий патриотизм начинается с гораздо более простых, незаметных, бытовых, если хотите, вещей. Он начинается с того, что ты не мусоришь на собственной улице, потому что это твой дом. Он начинается с уважения к окружающим тебя людям, независимо от их статуса и возраста. С готовности помочь пожилому человеку, придержать дверь, уступить место. С добросовестного отношения к учебе — не потому, что заставят, а потому что это твой вклад в собственное будущее и будущее твоей страны. С честного выполнения своей работы, какой бы скромной она ни была. С бережного отношения к своему городу, к своему кишлаку, к своей махалле.
Если человек не уважает людей вокруг себя в мирное время, если он плюет на общественные правила, унижает слабых, ленится и ищет пути обмануть систему, — трудно ожидать, что в час настоящих испытаний он вдруг проявит чудеса героизма и самопожертвования. Чудес не бывает. Война проявляет суть человека, но она не меняет его волшебным образом. Тот, кто был эгоистом в тылу, скорее всего, будет паникером или дезертиром на фронте. А тот, кто привык отвечать за свои слова и поступки, помогать соседям и думать об общем благе, — именно он станет настоящим защитником, на которого можно положиться в окопе. Поэтому воспитание патриотизма — это не урок мужества длиной в сорок пять минут, это ежедневная работа души. И начинаться она должна с воспитания чувства ответственности за то, что тебя окружает здесь и сейчас.
А что касается борьбы с мифами, которыми забит интернет, — здесь я тоже придерживаюсь особого мнения. Запреты и истерики работают очень плохо. Более того, они дают обратный эффект. Запретный плод, как известно, сладок. Если мы начнем что-то запрещать или агрессивно клеймить позором несогласных, молодежь, движимая естественным духом противоречия, найдет способ это посмотреть, прочитать и обсудить в закрытых чатах. Гораздо эффективнее — вооружить их методологией. Научить их задавать правильные, неудобные вопросы. На каких источниках основывается этот шокирующий факт, который вы сейчас выложили в TikTok? Кто автор этого утверждения и в каком году оно было сделано? Можно ли перепроверить этот архивный документ, или это просто фейк, сгенерированный ради лайков? Историческое, критическое мышление защищает сознание человека от манипуляций в сто раз лучше, чем любые внешние запреты и фильтры.
Также скажу без колебаний, что сегодня лучше всего работают живые, человеческие форматы. Не сухая статистика дивизий, а семейные истории. Не официозные речи, а интервью с ветеранами, а сейчас, к сожалению, все чаще уже с их потомками — детьми и внуками, которые хранят память. Это работа с архивными документами, когда ты своими глазами видишь выцветшие чернила и понимаешь: это писал живой человек. Это исторические блоги в Telegram и Instagram, которые говорят на современном языке, но с опорой на факты. Это хорошие, глубокие документальные фильмы без излишней пафосной музыки. И конечно, открытые дискуссии, подобные нашему недавнему круглому столу, где каждый может высказаться аргументированно и без страха. Когда человек видит судьбу конкретной семьи или конкретного солдата, история перестает быть абстрактным набором дат в учебнике. Она становится чем-то глубоко личным, резонирует с собственной жизнью подростка. И тогда уже не возникает вопроса «зачем мне это помнить», потому что ты понимаешь: это часть твоей идентичности.
А вот что действительно вредно, и я буду настаивать на этом тезисе, — это превращать историю либо в голую идеологическую агитацию, либо в бесконечный поток «жареных» сенсаций и циничных скандалов. В первом случае молодежь очень быстро перестает верить, потому что чувствует искусственность, наигранность. Они кожей ощущают фальшь и делают вывод, что все, что им говорят взрослые, — пропаганда, а значит, можно не слушать вообще ничего. Во втором случае, потребляя бесконечные разоблачения и перемалывание грязи, молодые люди перестают принимать и осознавать масштаб подвига. Для них война превращается в какой-то грязный кровавый комикс, где все одинаково виноваты и нет ни правых, ни героев. Это страшная крайность. История должна быть честной. Она должна показывать и героизм, и ошибки, и боль, и радость победы. Только такая, многомерная и правдивая, история сможет воспитать настоящую, а не формальную память и глубочайшее уважение к прошлому.
Как растить историков, а не пропагандистов
— Вы затронули глобальную проблему: историю часто используют как дубину. Каким образом, на ваш взгляд, нужно поддерживать молодых исследователей, чтобы они были именно учеными, а не обслуживали чьи-то интересы? Гранты, архивы, стажировки — что конкретно нужно?
— Я думаю, что молодых историков нужно поддерживать комплексно и системно. Нельзя вырвать что-то одно и сказать, что это решит проблему. Нужна экосистема. Гранты на исследования — это, безусловно, фундаментальная вещь. У молодого ученого должна быть возможность не думать о хлебе насущном, а полностью погрузиться в изучение темы, купить книги, оплатить доступ к закрытым базам данных. Научные школы и стажировки в ведущих архивах России, Европы, да и Узбекистана — это тоже критически важно, потому что историк не может работать в вакууме. Ему нужна профессиональная среда, нужен обмен мнениями, нужна здоровая критика со стороны более опытных коллег. Только в споре и совместной работе над источниками рождается истина.
Доступ к архивам — это вообще больная тема. Пока историк не добрался до первичного документа, он обречен пересказывать мифы или перепевать чьи-то сомнительные выводы. Нужно упрощать бюрократические процедуры, оцифровывать фонды, делать их доступными для исследователей из разных стран. Участие в международных исследовательских программах — это тоже необходимый элемент, потому что он позволяет вырваться из местечковой замкнутости, увидеть войну глазами другой стороны, сопоставить источники. Все это крайне важно, потому что историк, повторюсь, не может работать качественно без первоисточников и без профессиональной среды.
Но есть еще один момент, гораздо более важный и глубокий, чем любые гранты. Мы должны четко понимать, зачем мы вообще поддерживаем историков.Потому что историк — это не просто человек, который удовлетворяет свое личное любопытство, копаясь в пыльных бумагах за зарплату. Он выполняет важнейшую социальную функцию. Он помогает обществу понимать самого себя. Сохранять живую память о предках. Отделять реальные факты от политической конъюнктуры, которая меняется каждый политический сезон. Поддержка историков — это инвестиция не только в абстрактную науку. Это прямая инвестиция в историческую память общества, в его способность учиться на ошибках и не наступать на одни и те же кровавые грабли.
Если мы хотим, чтобы будущие поколения знали свою историю на основе документов и фактов, а не на основе стереотипов, мифов или сиюминутной пропаганды, мы обязаны создать тепличные условия для работы молодых исследователей уже сегодня. Делать это нужно грамотно, без бюрократического удушения и имитации деятельности. Потому что события, происходящие сегодня в разных точках мира, показывают горькую истину: уроки Великой Отечественной войны не усвоены до сих пор. Человечество снова наступает на те же мины. Нацизм и фашизм никуда не делись, они лишь мутировали и надели новые маски. И современным историкам, таким как мы с вами, предстоит проделать колоссальную по объему и значимости работу, чтобы заново открыть людям глаза. Чтобы показать, насколько страшной и бесчеловечной может быть большая война. И к чему в конечном итоге приводит попытка решать политические амбиции и навязывать свою волю с помощью военной силы, а не за столом переговоров. История — это ведь не про прошлое, это всегда про настоящее и про то, каким мы хотим видеть наше будущее.
О молчании предков и нашей ответственности
— Коротко, одной фразой, или, может быть, чуть подробнее: что бы вы сказали тем своим сверстникам в Узбекистане, кто искренне считает, что «эта старая война их не касается», потому что все было давно и без них?
— Я думал над этим вопросом, пытаясь уместить ответ в одну фразу. Но, наверное, одной фразой тут не обойтись, потому что проблема гораздо глубже, чем кажется. Я бы сказал этим ребятам так: «Наши прадеды сражались на будущее. Наша задача — сделать это будущее достойным их подвига». Но давайте разберем это по частям, чтобы не осталось недопонимания.
Вы говорите, что эта война вас не касается. Что все было слишком давно. Что там были какие-то другие люди, с другими ценностями, и к вашей жизни с айфонами, кофейнями и подписками на Netflix это не имеет никакого отношения. Но давайте начистоту. Буквально пару поколений назад, по историческим меркам — это даже не миг, а доля секунды, ваши прямые предки, плоть от плоти которых вы состоите, стояли перед реальным выбором: быть их народу, их языку, их культуре или исчезнуть навсегда. Они не думали о подвиге. Они думали о том, смогут ли их дети и внуки когда-нибудь спокойно учиться, говорить на родном языке, создавать семьи и просто жить. Они отдали свои жизни, свое здоровье, свое право на спокойную старость не за абстрактные лозунги, а за конкретное, физическое право на будущее. И этим будущим, нравится нам это или нет, являемся мы с вами — те, кто сейчас сидит в Telegram и TikTok.
Эта война касается каждого из нас, даже если мы этого не осознаем. Она касается нас хотя бы потому, что наше поколение находится в неоплатном моральном долгу перед теми, кто лежит в земле. И единственная валюта, которой мы можем расплатиться, — это наша память и наши поступки. Игнорировать эту войну, отмахиваться от нее как от «старой истории» — значит лично для меня проявить высшую форму неуважения и неблагодарности. Более того, это означает просто-напросто не знать самих себя, своей природы, своих корней.
Вдумайтесь: мы имеем роскошь жить в мирное время. Ходить в университеты, выбирать профессию, путешествовать, строить бизнес, слушать музыку — все это не упало с неба. Все это оплачено страшной кровью. Это пространство свободы и тишины было отвоевано для нас теми самыми людьми из черно-белых хроник. И когда молодой человек говорит, что «война его не касается», мне становится искренне обидно не столько за историю, сколько за того самого прадеда, который, возможно, умирал в окопах под Сталинградом с мыслью о том, чтобы у его потомков все было хорошо. Думал ли он, что его правнук через каких-то восемьдесят лет скажет, что ему все равно? Нет, он верил в нас. Он верил, что мы будем достойны его жертвы.
Поэтому мой посыл очень простой. Наши прадеды сделали свою работу. Они сражались. Они выстояли. Они погибали и побеждали. Они решили свою, самую страшную задачу в истории человечества — уничтожили мировое зло в лице фашизма. Но теперь настала наша очередь. И наша задача выглядит иначе. Нам не нужно закрывать грудью амбразуры. Нам не нужно умирать. Нам нужно жить. Но жить так, чтобы каждый наш день, каждый наш поступок делал это выстраданное будущее достойным того нечеловеческого ужаса, через который они прошли. Не разбазарить их наследство в пустых склоках и эгоизме. Сохранить мир на нашей земле. Поддерживать друг друга. Честно трудиться и созидать. Это кажется простым, но это самая сложная миссия — быть достойным мира, который тебе подарили.
Вот об этом я хочу попросить каждого, кто прочитает это интервью. Не отворачивайтесь от прошлого. За ним стоят лица ваших родных. И однажды, когда вы придете к могилам предков или просто посмотрите на старую военную фотографию, вы должны будете суметь ответить на их молчаливый вопрос. А для этого нужно знать, помнить и делать будущее достойным их подвига. Только так.
Федор Кирсанов
Первую часть читайте здесь.
